Что делать, если близкие разрушают душу?
Бывает ли вам тяжело от мысли, что собственная семья медленно выжигает внутри все живое? Мы открываем Библию, читаем строгие слова из книги Исход о необходимости чтить отца и мать, и сразу ловим себя на чувстве вины. Нам кажется, будто христианство требует беспрекословно терпеть любые унижения и постоянный эмоциональный шантаж. Разве не об этом гласит пятая заповедь? Разве апостол Павел в Послании к Колоссянам не пишет прямо: «Дети, будьте послушны родителям вашим во всем» (Кол. 3:20)?
Но стоит нам открыть послание апостола к Ефесянам, как мы натыкаемся на крошечное, почти незаметное дополнение: «Дети, повинуйтесь своим родителям в Господе» (Еф. 6:1). Эта маленькая вставка «в Господе» как раз исключает принцип слепого подчинения воле родственников.
Святитель Иоанн Златоуст, толкуя этот отрывок, дает удивительно трезвое разъяснение. Если родитель толкает ребенка к нечестию, принуждает к постыдным поступкам или буквально вытягивает из него душу, такое повеление идет против воли Творца. Повиноваться ему нельзя. Блаженный Феофилакт Болгарский берет это правило из Послания к Ефесянам и смело относит его к словам «во всем» из Послания к Колоссянам. Послушание «во всем», по его мнению, не означает согласия с грехом.
Апостол Петр и другие ученики Христовы выразили этот принцип перед судом первосвященников: должно повиноваться больше Богу, нежели человекам. Этот апостольский ультиматум становится главным мерилом наших отношений с миром. Если от нас требуют предать истину, растоптать совесть или превратить свою жизнь в угождение чужой тирании, мы имеем полное право сказать абьюзеру твердое «нет».
Когда святыня превращается в меч
В Евангелии от Матфея есть слова Спасителя, от которых у читателя может похолодеть в груди: «Не думайте, что Я пришел принести мир на землю – не мир пришел Я принести, но меч, ибо Я пришел разделить человека с отцом его, и дочь с матерью ее... И враги человеку – домашние его» (Мф. 10:34-35).
Почему Творец говорит о мече и разделении? Святитель Иоанн Златоуст объясняет, что меч здесь – это слово веры. Оно отсекает человека от привычных родственных связей, если эти связи мешают его духовному возрастанию. Христос жаждал единства между людьми, но когда близкие выбирают грех или глухое упрямство, разделение становится неизбежным. Блаженный Августин называет этот меч мечом Духа, а блаженный Иероним Стридонский замечает, что после проповеди Евангелия даже самый крепкий дом неизбежно разделяется на верующих и неверующих. Ложный мир разрушается ради истинного спасения.
А в Евангелии от Луки Христос произносит еще более суровое слово: «Если кто приходит ко Мне и не возненавидет отца своего, и матери... тот не может быть Моим учеником» (Лк. 14:29). Мы пугаемся страшного слова «возненавидет». Но древнееврейская идиоматика, на которую указывают библеисты, раскрывает здесь вовсе не призыв к злобе.
Возненавидеть в этом контексте означает лишь установить порядок предпочтений. Любовь ко Христу должна быть настолько глубокой и всецелой, чтобы любая другая привязанность по сравнению с ней казалась вторичной.
Для нас важен главный пастырский вывод из всего прочитанного: если выбор встает между угождением Богу и мнением родных, мы не имеем права предавать Бога ради чужого одобрения.
Принцип корвана
Но здесь важно не свалиться в другую крайность. Бывает, мы начинаем использовать свой статус «глубоко верующих людей» как удобный щит, чтобы отказаться от заботы о престарелых или больных родителях. Нам хочется думать: «Раз они не ходят в храм, критикуют мою веру и раздражают меня, я просто вычеркну их из жизни ради своего спокойствия».
Евангелие мгновенно разоблачает эту фарисейскую уловку. В Евангелии от Марка Спаситель строго обличает книжников, которые придумывали хитрые правила для самооправдания. Человек мог сказать отцу или матери: «Корван, то есть дар Богу то, чем бы ты от меня пользовался» (Мк. 7:11). И под этим благочестивым предлогом фарисеи разрешали человеку больше ничего не делать для нищих родителей. Христос называет это пренебрежением словом Божиим ради человеческого предания.
Граница послушания близким проходит не там, где нам стало неудобно или обидно. Граница проходит там, где от нас требуют совершить грех.
Посмотрите на Спасителя. Когда братья и Матерь стояли вне дома и звали Его, Он оглядел сидевших вокруг и сказал: «Вот матерь Моя и братья Мои; ибо кто будет исполнять волю Божию, тот Мне брат, и сестра, и матерь» (Мф. 12:48). Он утвердил безусловный приоритет духовного родства над кровным. Но Тот же Христос, находясь при смерти, позаботился о земном будущем Своей Матери. Он увидел любимого ученика и сказал: «Жено! се, сын Твой» (Ин. 19:26). И с этого часа ученик забрал Ее к себе. Иоанн не сбежал от ответственности, не прикрылся Своим Божественным служением, а позаботился о Матери Божией до самой Ее кончины.
Заточение в башне и выбор милосердия
Церковная история знает страшные примеры, когда родной человек превращается в палача. Святая великомученица Варвара была единственной дочерью богатого и знатного язычника Диоскора. Желая скрыть девицу от посторонних глаз и полностью контролировать ее жизнь, отец запер ее в высокой башне. Но когда святая уверовала во Христа и приняла крещение, родителю стало мало простого контроля.
Узнав о вере дочери, Диоскор приходил в неистовую ярость. Святая попыталась скрыться в горной расселине, но отец нашел ее, избил и лично привел на суд к правителю города. Он при всех отрекся от собственного ребенка. Более того – когда правитель приговорил девушку к смерти, именно отец потребовал лично привести приговор в исполнение. Так палачом святой девы стал ее собственный отец.
Этот житийный случай показывает нам самую крайнюю точку, до которой может дойти человеческое ослепление. Слова из Писания «враги человеку – домашние его» исполнились здесь с ужасающей точностью. До сих пор великомученица Варвара дает нам духовную точку опоры, когда мы страдаем от жестокости своих родственников.
Конечно, нам далеко до подвига святой Варвары. Но когда близкие пытаются образно запереть нас в башню, отказавшись от веры, ломают психику или питаются нашей душевной болью, мы имеем полное право дистанцироваться от них.
Любить разрушительного родителя – не значит становиться молчаливым соучастником его зла. Как и избегать общения с тем, кто ломает нашу душу, не означает предательства. Любовь может быть дистанционной, сдержанной, выраженной в молитве, коротком телефонном звонке и передаче лекарств или продуктов через третьих лиц. Мы не обязаны отдавать свою душу на растерзание только потому, что нас с кем-то связывает кровное родство. Почитать родителей – значит желать им спасения, молиться о них, помогать в затруднительных ситуациях, но при этом сохранять свое сердце для Бога, Который дает нам настоящую свободу.
