Немой убийца души: почему отсутствие боли – самый страшный симптом
Биология лепры объясняет катастрофу современного бесчувствия. О демиелинизации совести, цифровом цинизме и потере человеческого облика.
В Библии мы не раз встречаем упоминания о людях, пораженных проказой. В воскресенье на богослужении мы также услышим евангельский отрывок о том, как Спаситель исцелил десять прокаженных. Постараемся глубже понять суть этого тяжкого недуга и поговорим о его духовном подобии.
Анатомия болезни: как бактерия «перерезает провода» жизни
При проказе микобактерия лепры атакует шванновские клетки, которые оборачивают нервные волокна в миелиновую оболочку. Они похожи на резиновую изоляцию вокруг электрического провода, которая нужна для быстрой и точной передачи сигналов. Бактерия проникает внутрь этих клеток, размножается там и перепрограммирует их. В результате клетки либо перестают выполнять свои функции, либо погибают.
Потеря чувствительности происходит не только из-за самой бактерии, но и из-за реакции организма на нее.
Иммунная система обнаруживает «захватчиков» внутри нерва и начинает атаку. Это вызывает сильный отек и воспаление. Нерв утолщается и начинает сам себя сдавливать. Сочетание атаки бактерий и давления извне приводит к разрушению изоляции и гибели самого нервного волокна. В итоге «провод» перерезан. Рецепторы на коже могут фиксировать ожог или укол, но путь к мозгу разрушен.
Это превращает тело в уязвимую мишень, так как боль – это наша главная система предупреждения об опасности.
Человек смотрит на свою руку, видит повреждение, но ничего не чувствует. Именно отсутствие боли является главной причиной ужасающих деформаций, которые мы ассоциируем с проказой. Вопреки мифам, пальцы и конечности не «отваливаются» сами по себе от болезни. Но человек не чувствует боли, и из-за постоянных повторных травм ткани отмирают, а кости рассасываются. Пальцы постепенно укорачиваются.
Кроме того, бактерия M. leprae предпочитает прохладу. Именно поэтому она поражает в первую очередь те части тела, которые имеют более низкую температуру: нос, уши, кисти рук, стопы, оставляя внутренние органы относительно нетронутыми.
Демиелинизация души: почему мы перестаем чувствовать чужую боль
Теперь проведем параллель между физической проказой и духовной. В физическом теле бактерия разрушает изоляцию нерва. В духовном мире такой изоляцией служит наша эмпатия и внимание. Наше умение сострадать. Но когда человек листает ленту новостей, где фото котика соседствует с кадрами разрушенных взрывами домов и трупами, лежащими на улице; когда после просьбы о помощи умирающему ребенку идет реклама кроссовок – наша эмпатия начинает разрушаться. Психика не может реагировать на все.
Чтобы не сойти с ума, мы «сжигаем» свои эмоциональные рецепторы. Мы перестаем воспринимать чужую боль как боль. Она становится просто «контентом». Это и есть демиелинизация души – сигнал сострадания больше не проходит, он рассеивается в цифровом шуме.
Последствия такой демиелинизации страшны. Я помню, как слушал одного уважаемого мною монаха-отшельника, который на полном серьезе рассуждал о том, что война – это что-то вроде «санитара человеческого леса». Мол, она нужна, чтобы убить плохих людей. А если ракета прилетает в девятиэтажный дом, разрушает его и люди гибнут? Выходит, в этом доме Бог год за годом собирал всех «плохих» людей? Какая глупость. Я за годы войны видел и знаю, сколько погибло очень хороших, достойных, благородных людей. Сколькие из них пострадали. На войне погибают разные люди: и хорошие, и плохие. А сколько погибло невинных детей, стариков?
После таких рассуждений уже можно было не удивляться, когда одна «суперправославная» прихожанка, которая десятки лет каждое воскресенье в храме, на сообщение о том, что в таком-то городе уже третий день идут непрерывные бомбардировки и погибает много мирных людей, ответила: «Ну, что заслужили, то и получили». Такое отношение православных к войне я слышу на самых разных уровнях. Это и есть духовная проказа.
Цинизм как анестезия: когда злорадство становится нормой
При проказе человек не чувствует ожога. В плане психологии эквивалентом этой анестезии являются ирония и цинизм. Современная культура учит нас смеяться над всем, чтобы защититься. «Не принимай близко к сердцу», «это всего лишь хайп». Цинизм – это обезболивающее.
Человек, который способен иронизировать над болью и страданиями – не важно кого, даже тех, кого он считает своими врагами, – уже болен духовной проказой. Если он злорадствует, то он уже мертвец.
Циник не может воспринимать чужую душевную боль. Он не способен ни к любви, ни к милосердию. Он видит трагедию, но, как и больной лепрой, не одергивает руку. Он продолжает смотреть, комментировать, скроллить, а дух его в это время продолжает разрушаться.
Виртуальная проказа: почему легче оскорбить пиксели, чем человека
M. leprae атакует шванновские клетки. В обществе такой атакой является обезличивание собеседника. В интернете нет живых людей, есть аватарки и никнеймы. Намного легче написать «сдохни» пикселям на экране, чем сказать это живому человеку в глаза. Люди перестают видеть в человеке равного себе.
Создается иллюзия, что наши слова, оскорбления, обличения и прочее не наносят физического вреда. Но, как и при проказе, отсутствие боли не означает отсутствия повреждений. Общество гниет изнутри от ненависти, которую никто не считает реальной, потому что она «виртуальная». Но это и есть самая настоящая духовная проказа.
Холод равнодушия: где размножается бактерия бесчувствия
M. leprae любит прохладные участки тела. Современная духовная «бактерия» также любит холод одиночества и эгоцентризма. Культ «личных границ» и индивидуального успеха часто перерастает в изоляцию. Мы «охлаждаем» свои отношения не только с посторонними людьми, но даже с родственниками и членами своих семей.
В этом холоде бактерия равнодушия размножается лучше всего. Мы не вмешиваемся, когда видим, как девочки-подростки избивают ногами свою одноклассницу. Мы проходим мимо человека, который лежит на тротуаре, оправдывая себя тем, что он, наверное, пьяница или наркоман. А то и вообще ничем не оправдывая. Просто безразлично проходим мимо. Мы сохраняем свой комфорт, но при этом теряем человеческий облик.
Немая травма: как человечество «стирает» само себя
Самое страшное в этой аналогии – финал. Больной лепрой теряет пальцы не потому, что их съела бактерия, а потому что он сам их стер, не чувствуя боли. В итоге мы получаем феномен «немой травмы» души.
Современное человечество «стирает» себя точно таким же образом.
Мы разрушаем институты семьи, потому что терпеть и строить отношения – это «больно», а мы хотим комфорта. Мы разрушаем социальные связи, потому что сопереживать – это нагрузка. Мы допускаем жестокость, потому что наша совесть под анестезией. Мы расчеловечиваемся. Вместе с душевной болью мы теряем свой человеческий облик. Потому что боль – это сторожевой пес человечности. Если нам не больно, когда мы видим несправедливость, если нам не стыдно, когда мы проходим мимо, – значит, Mycobacterium уже разрушила наши нервы. Мы уже больны, а может быть, и мертвы, хотя внешне еще выглядим здоровыми.
