УПЦ и «МП»: кто говорит правду – Зеленский или Буданов?
Заявление Буданова о том, что называть УПЦ с приставкой «МП» – манипуляция, вызвало шок среди псевдопатриотов. Что означает это заявление и с какой целью оно сделано?
Накануне Пасхи глава Офиса президента Кирилл Буданов сделал сенсационное заявление о статусе УПЦ, которое вызвало бурную реакцию у всех «патриотов». Отвечая на вопрос журналистки о вялом процессе по переходам в ПЦУ на Закарпатье, Буданов подчеркнул: «Когда вы говорите "МП" (Московский Патриархат. – Ред.) – это манипуляция. Это УПЦ, приставку "МП" они убрали. Это факт. То, что нужно находить решения, а не просто констатировать, что есть какие-то проблемы, – это тоже факт. Вместе с тем, хочу вам напомнить, что Украина, как и любое другое нормальное государство, отделена от Церкви. Потому дайте время этому процессу, и все решится. Спешить здесь нельзя. Применение силы в духовной сфере никогда, ни в одном государстве, не приносило результата».
Заявление Буданова, что приставка «МП» применительно к УПЦ – это манипуляция, прозвучало неожиданно. Ведь именно такой манипуляцией занималось почти все руководство страны несколько последних лет. Все это время политики, «эксперты», общественные деятели внушали нашему народу прямо противоположное: УПЦ – это и есть «Московский патриархат».
Слова столь высокого чиновника – это не просто спор о названии. Это отказ от всей логики, на которой строилась кампания против УПЦ: навесить ярлык, выдать его за факт, а потом подвести под него административное и судебное давление. Религиозная политика Украины меняется? Еще не очевидно.
Реакция псевдопатриотов
Неудивительно, что после таких заявлений в «патриотической» среде началась нервная реакция. Самая показательная – у черновицкого религиоведа Александра Бродецкого. Главным аргументом в его гневном и довольно длинном посте в Facebook было возмущение, что Буданов своими словами «отрицает обоснованность двух профессиональных религиоведческих экспертиз/исследований» ГЭСС, которые как раз обнаружили связи УПЦ с Москвой.
Другой религиовед А. Саган перепостил у себя в Facebook пост Бродецкого и сопроводил его язвительной репликой: «Посещения русмировского Покровского (в Голосеево) монастыря не может не иметь долгосрочных последствий».
И раз оппоненты Буданова апеллируют к экспертизе ГЭСС, то к ней и обратимся.
Исследование ГЭСС
Сначала посмотрим на коллектив «экспертов». Удивительно, но это исследование проводила не группа богословов, не независимый религиоведческий совет и даже не академическая экспертная группа. Его проводила группа чиновников самой ГЭСС:
- первый заместитель главы ГЭСС Виктор Войналович;
- начальник отдела по делам религии Вячеслав Горшков;
- заместитель начальника этого отдела Виктория Кочубей;
- начальник отдела юридического обеспечения и правовой аналитики Виталий Красий;
- начальник отдела административных услуг Марина Хаустова.
Ни о какой реальной экспертизе говорить не приходится. Подчиненные всегда выполняют то, что им велит начальство. И чем мнение Буданова как «неспециалиста» хуже мнения администраторов или юристов из ГЭСС?
Следующий удивительный момент – это то, что ГЭСС делает выводы на основании не столько уставных документах УПЦ, сколько на решениях и уставе РПЦ. В тексте исследования сказано, что положения главы X устава РПЦ якобы «являются обязательными для исполнения» для УПЦ и ее предстоятеля.
Список источников исследования лишь подтверждает эту логику ГЭСС:
- решения Архиерейского собора РПЦ;
- устав РПЦ;
- решения Священного синода РПЦ;
- материалы официального сайта РПЦ patriarchia.ru.
Это не укладывается в голове, но государственный орган Украины, ГЭСС, официально признал обязательность для украинских субъектов правоотношений документов, принятых в государстве-агрессоре. По этой логике мы должны признать вхождение четырех областей и Крыма в состав РФ? Ведь законы РФ говорят об этом.
И на основании всего этого ГЭСС делает вывод, что Киевская митрополия УПЦ аффилирована с РПЦ.
Подтверждением несостоятельности экспертизы ГЭСС можно назвать вялотекущий судебный процесс по поводу запрета Киевской митрополии УПЦ. 3 сентября 2025 г. Шестой апелляционный административный суд открыл производство по делу № 855/11/25 о прекращении религиозной организации «Киевская митрополия УПЦ», а первое заседание назначили на 30 сентября 2025 года.
На тот момент все выглядело так, будто государственная машина уверена в быстрой победе и хочет довести дело до конца максимально жестко. Но дальше процесс заметно застопорился. Материалы дела передаются между Шестым апелляционном и Кассационным судами, и рассмотрения по существу до сих пор нет.
Кроме того, 22 октября 2025 г. суд отказал ГЭСС в обеспечительных мерах, а в декабре 2025 г. Верховный Суд отказал ГЭСС в жалобе на отказ в аресте имущества и счетов Киевской митрополии.
Из этого можно сделать осторожный вывод, что судебная система не очень-то хочет признавать документы РФ в качестве доказательства по делу о запрете самой многочисленной украинской конфессии.
Что говорит Зеленский?
Еще 1 декабря 2022 г. Президент Украины объявил о курсе на «духовную независимость», заявил о «многочисленных фактах связи отдельных религиозных кругов в Украине с государством-агрессором» и сообщил, что СНБО поручила внести в Раду законопроект о невозможности деятельности в Украине религиозных организаций, аффилированных с центрами влияния в России.
Вот цитата Зеленского того времени: «Мы обеспечим для нашего государства всю полноту независимости. В частности, духовную независимость. Мы никогда и никому не позволим строить империю внутри украинской души».
В том же обращении Зеленский поручил ГЭСС провести экспертизу устава УПЦ на наличие церковно-канонической связи с Московским патриархатом.
Дальше негативная риторика в адрес УПЦ шла по нарастающей. Несколько примеров.
21 августа 2024 г., после разговора с Патриархом Варфоломеем, Зеленский заявил: «Независимое государство, независимый народ должны быть независимыми также и духовно. Сегодня Москва теряет еще один рычаг влияния на Украину и украинцев».
24 августа 2024 г., в обращении ко Дню Независимости, последовало вообще грубое заявление: «Украинское православие сегодня делает шаг к освобождению от московских чертей». Это про принятый в то время закон о запрете УПЦ.
Вообще риторика Зеленского по отношению к УПЦ – это не про религию, не про факты и не про юридическую определенность. Это риторика политической мобилизации своих сторонников.
И вот теперь на эту многолетнюю линию накладываются слова Буданова. С какой целью?
Что означают слова Буданова об УПЦ?
Что по сути сказал Буданов? Фактически он говорит: оперируйте фактами, а не ярлыками, которые вы же сами и навесили; не подменяйте сложный церковный вопрос крикливыми политическими лозунгами; не пытайтесь силой решить то, что силой не решается; и не торопитесь там, где поспешность приводит к обратному результату.
Именно поэтому его слова вызвали такую ярость, ведь они, в общем-то, очевидны. Но
если «УПЦ МП» – это манипуляция, тогда выходит, что обществом манипулировали последние годы, и делал это в первую очередь президент Украины.
Свидетельствует ли это о противостоянии в коридорах власти? Пока не очевидно.
Проблема единства
Еще в 2022 году, когда власть начала кампанию против УПЦ, ее иерархи, священники и миряне много раз предупреждали: такие действия разобщают общество, что в условиях войны недопустимо. Спикер УПЦ протоиерей Николай Данилевич говорил в День Соборности 2023 года такие эмоциональные слова: «Разве все, что происходит вокруг нашей Церкви, все эти попытки ее запрета, шельмования, разве это содействует единству и соборности? Это вопрос риторический. Потому День Соборности – это напоминание, что 364 дня мы говорим одно, а один день в году мы должны говорить, что мы едины. Ну где же мы едины? Мы хотим быть едиными.
Понимаете, ты постоянно должен доказывать, что не верблюд. А это неправильно. Нас вычеркивают, хотят вычеркнуть вообще из украинского общества. Доходит до того, что нас ассоциируют с россиянами. "Вот, Верхнюю лавру забрали, а в Нижней еще остались россияне", – пишут. Раздвигают эти окна Овертона. Но какой же я россиянин? Ну я раз, десять, двадцать, тридцать раз сказал, что я украинец, что мы − Украинская Православная Церковь. Нет, вы москали. И специально это делается. Содействует ли это единству? Безусловно, нет. Мне кажется, если я это понимаю, разве я такой "умный" один? Разве другие люди этого не понимают?»
С тех пор прошло уже более 3 лет, а ситуация лишь усугубилась. Травля УПЦ достигла небывалых масштабов. И вдруг топ-чиновник стал затрагивать эту тему, говорить вслух, что проблема отсутствия единства существует, что она раскалывает общество.
В феврале 2026 г. в своем официальном Telegram-канале Буданов писал: «Это, наверное, самый главный урок российско-украинской войны: наша сила в единстве». «Мы выстоим только при условии единства и эффективного сотрудничества армии, государства и нации».
10 апреля 2026 г. в интервью «Укринформу» глава ОП заявил о некоем триггерном событии, которое требует единства. Цитата: «Мы сейчас подойдем снова к так называемому триггерному событию, которое потребует от нас единства. И вот, к сожалению, если этого единства не будет, может быть катастрофа».
Наконец, на той же пресс-конференции в Ужгороде Буданов снова заявил о проблеме отсутствия единства в украинском обществе, и что роль Церкви в его обретении после окончании войны может стать определяющей: «Роль Церкви, она если не решающая, то одна из самых первых, а может, и решающая, потому что почти каждый человек в государстве Украина верит в Бога».
Получается, слова Буданова можно воспринимать как некий сигнал власти самой себе: сейчас стране нужна не новая церковная война, а максимальная внутренняя консолидация. Услышат ли этот сигнал? Пока не очевидно.
Заключение
Так кто же говорит правду – Зеленский или Буданов? Этот вопрос вынесен в заглавие статьи, и сейчас самое время на него ответить. Но сначала нужно сказать о том, что эти два человека действуют в совершенно разных плоскостях. Буданов – в плоскости фактов, Зеленский – в плоскости политической целесообразности, как он это понимает. Логика этой «целесообразности» состоит в том, что если всех православных в Украине загнать в «государствообразующую» ПЦУ, то общество станет единым, а влияние РФ исчезнет.
В плоскости фактов и документов Буданов прав: УПЦ не принадлежит Московскому патриархату, не принимает из РФ руководящие указания, не распространяет в нашей стране российские нарративы. Выводы экспертизы ГЭСС основаны на документах страны-агрессора и не могут считаться адекватными. Затягивание судебного процесса по иску ГЭСС косвенно это подтверждает.
Но заявления Буданова говорят также о том, что и в плоскости политической целесообразности концепция Зеленского ошибочна. Давление на УПЦ не объединяет, а разъединяет общество. А это, по словам Буданова, чревато национальной катастрофой.
Когда сама жизнь докажет правоту нынешних заявлений Буданова, тогда, естественно, возникнет ряд вопросов. Кто именно сделал манипуляцию государственной политикой? Кто годами выдавал спорную политическую интерпретацию за неопровержимый факт? И кто теперь объяснит, почему на основании этой интерпретации миллионы граждан Украины вдруг оказались людьми второго сорта из-за своих религиозных убеждений?
