Любовь сильнее смерти
Уход близкого человека оставляет глубокую рану, но христианская вера подчеркивает вечную природу любви. Разговор о духовной связи супругов за порогом земного бытия.
Ирина Чернова спрашивает:
Остается ли какая-то связь между супругами после их смерти?
Отвечает протоиерей Василий Кучер:
Вопрос этот задают достаточно часто. И почти всегда чувствуется некая тревога в этом вопросе. Потому что человеку кажется, что смерть просто что-то отрезала от него, и все, что было, осталось в прошлом.
Но давайте вспомним, что Церковь говорит во время Таинства венчания. Церковь просит Бога сохранить супругов «в мире и единомыслии» и вспоминает праведных, «яко да возвеселятся и возрадуются, якоже возвеселися Рахиль». То есть брак с самого начала не рассматривается как своеобразный договор на время земной жизни. Кроме того, когда мы поминаем усопшего, то просим упокоить его там, где нет ни болезни, ни печали, ни воздыхания.
Заметьте, говорим не о «забыть о нем», а именно просим упокоить, то есть сохранить живым у Бога. Вот здесь и ответ. Ведь у Бога «все живы» (Лк. 20:38). Если муж и жена живы у Бога, то живо и то, что их соединяло. Кстати, апостол Павел прямо говорит: «Любовь никогда не перестает» (1 Кор. 13:8). А ведь все остальное, как он там же пишет, прекратится – и знание, и пророчества и так далее. А вот любовь остается.
Правда, надо сказать и другое. Господь ответил саддукеям, что в воскресении «ни женятся, ни выходят замуж» (Мф. 22:30). Но здесь имеется в виду та сторона брака, которая связана с земной жизнью, с телом, с бытом, с рождением детей. И вот она действительно заканчивается. Но это не значит, что заканчиваются сами люди и то, как они стали одним телом за десятилетия совместной жизни.
Церковь ведь не случайно поручает вдове или вдовцу самое главное дело – молитву. И это не утешительный ритуал. Это и есть та самая связь, только теперь она действует не через разговоры за ужином, а через поминовение. И вот тут важно понять, что, поминая усопшего, человек не просто вспоминает прошлое, а он продолжает о нем заботиться. А забота об усопшем выражается в самом главном: подать на проскомидию, помолиться, раздать милостыню в его память, и даже, может, простить того, кого он не успел простить.
Так что связь не только остается. Она становится сильнее и чище, потому что из нее уходит все то, что нас раздражало и обижало в быту.
А еще скажу вещь, которую, наверное, многие чувствуют. Тоска, которая остается, – это ведь тоже свидетельство о вечности. Потому что, если бы там, за гробом, ничего не было, то и болеть было бы не о чем.
