Непокорная дочь жреца
На верхней террасе Антиохии Писидийской стоял храм Августа. Здесь смелой девушке Марине предложили сделку, которая для судьи казалась совершенным пустяком.
При подъеме на гору по дороге из Ялвача, взору открывается ровное поле, полукруглая подпорная стена с лестницей и обломки портика. Здесь когда-то стоял храм императора Августа. Сам город назывался Кесарией. Он был римской колонией на границе Фригии и располагался на нескольких холмах. В городе был акведук, театр и главная улица, которая упиралась в эту самую лестницу.
Два с половиной века назад здесь прошел апостол Павел. В местной синагоге он говорил субботнюю проповедь. На исходе третьего столетия здесь же судили пятнадцатилетнюю девушку по имени Марина. В чем же так провинилась беззащитная девица?
«Базовый минимум», от которого нельзя отказаться
Римская власть к духовным убеждениям человека относилась равнодушно. Гораздо важнее для нее было внешнее выражение религиозности. Ритуал решал все. Богов чтили только потому, что так было положено. За их оскорбление, по римской поговорке, «боги мстят сами».
Отсюда появлялось основание для выгодной сделки. Христианина тогда обвиняли не в безбожии, а в святотатстве – в том, что он не воздал государственному божеству положенного по закону. Устно опровергнуть такое обвинение было невозможно, требовалось конкретное действие: жертва. Ее варианты: щепотка ладана, положенная на жаровню, клятва именем богов, капля вина перед статуей императора. Исходя из положения обвиняемого, судья предлагал самый дешевый способ выполнить повинность, искренне не понимая, из-за чего христиане так упорствуют.
Государственные мужи Рима, сами относившиеся к вере легкомысленно, не видели в христианстве искренний выбор совести человека. Они не считали, что предлагают нечто неприемлемое для христиан, считая, что требуют от них лишь «базовый минимум».
Человек, отказавшийся выполнить столь легкую обязанность, со стороны выглядел безумцем, рискующим жизнью из-за пустяков.
Приговор империи для христиан звучал категорично: «Вы не имеете права существовать в этой стране». Выносили его, однако, не в форме ультиматума, а в форме внешне законного судебного процесса. Каждому подсудимому до последней минуты чиновники оставляли узкую лазейку для спасения. Согласись на жертву – и ты сразу же будешь оправдан.
Роковое предложение Олимврия
Отца подсудимой девушки звали Эдессий, и служил он при языческом храме жрецом. Мать умерла, когда девочка еще лежала в пеленках. Отец отдал ее кормилице в село. Там, двенадцати лет от роду, она услышала от прохожего слово о Христе и сразу уверовала. И это несмотря на то, что гонения в те времена шли полным ходом, а священники прятались по пещерам и селам под видом нищих. Даже крестить новообращенную было некому. Так она и осталась некрещеной вплоть до последнего дня своей короткой жизни.
Узнав о вере дочери, Эдессий отрекся от нее. Однажды Марина вышла в поле посмотреть на отцовских овец. В это время мимо ехал в Антиохию епарх Олимврий. Он остановился и стал расспрашивать о происхождении девицы, размышляя так: «Если она от свободных – возьму в жены, если же рабыня – выкуплю». Девушка ответила ему спокойно, не став скрывать, что она раба Христова, и другого жениха ей не нужно.
Понятно, что за такой исповедью последовал немедленный суд. Там Марине трижды предлагали щедрые блага. Сначала обещали одарить имуществом, богатством и почетом, большим, чем у любой женщины в городе. Потом предлагали стать супругой правителя. Когда же судьи поняли, что их ласка не подействовала, Марине объяснили, что молодость и здоровье ей придется променять на огонь и железо. Девушка осталась непреклонна.
Ее били прутьями, после чего прибили гвоздями к доске и строгали железными трезубцами, так что влюбленный епарх даже закрыл лицо и отвернулся. Потом ее тело жгли зажженными свечами. Народ жалел девушку и уговаривал ее пойти на уступки, но святая отвечала им резко: «Вы советуете мне то же, что змей советовал Еве».
Молот в руках святой
В греческой иконографии великомученицу Марину изображают с молотом в руках. Святая держит тяжелый кузнечный молот и бьет им беса по голове. Но в житии святой, изложенном святителем Димитрием Ростовским, никакого молота нет. Там сказано иначе.
В глубокой и мрачной темнице, куда сажали осужденных на смерть, мученице явилось бесовское страшилище в виде громадного змея, который, казалось, проглотил ее. Святая осенила себя крестным знамением, утроба змея расселась, и наваждение рассыпалось. Греческое предание продолжает эту сцену: бес, потеряв драконий облик, обернулся черным псом, и тогда девушка взяла молот.
Не будем спорить о редакциях жития. К тому же, молот в руках святой Марины можно воспринимать иносказательно. Это орудие эффективно, когда бьет в одну точку.
Воля святой не менялась от первого допроса до последнего мгновения жизни. Пройдя огонь, она попросила у Бога пройти и воду святого Крещения.
Судья расслышал только слово «вода» и распорядился: «Хочет пить, так напоите ее». Но вместо этого истязатели принесли огромную бочку, мученицу связали и стали топить.
Во время казни Марина попросила, чтобы эта вода стала ей Крещением в жизнь вечную. Из бочки она вышла живой. Многие люди, увидевшие чудо, впервые вслух назвали себя христианами. Но каратели на этом не остановились. В тот же день святую усекли мечом. Так, вода, в которой ее собирались убить, действительно стала купелью для мученицы, которая не польстилась на государственные привелегии, но осталась верной Христу до последнего вздоха.
